Она пришла в фотографию из HR, и это многое объясняет. Наталья Кожаева умеет считывать людей: видеть напряжение раньше, чем оно попадет в кадр, и снимать его одной фразой. С 2019 года она снимает свадьбы — от Петербурга до Парижа — и строит каждую съемку на тонкой границе между режиссурой и живым наблюдением.
В этом интервью Наталья рассказывает, почему слово «портреты» она давно вычеркнула из своего словаря, чем эпоха Возрождения помогает ей выстраивать композицию и что для нее значит по-настоящему хорошая свадебная фотография.
Наташа, ты начала снимать в 2019-м — а что было до объектива?
Я работала по специальности (и это сейчас редкость) — HR-менеджером: проводила собеседования и нанимала сотрудников. Но фотография всегда была рядом. Я родилась в творческой семье и всю жизнь видела папу, прятавшегося за пленочным «Зенитом» — тем самым, на который я снимаю сейчас.
Ты училась в Школе академической фотографии не только фотографии, но и истории зарубежного искусства. Какой художник или эпоха повлияли на то, как ты сегодня видишь свадебный кадр?
О том, как формируется собственный стиль, я поняла на первом же занятии по истории искусств. Нам рассказывали про теорию Джона Балдессари «1+1=1»: новые смыслы появляются там, где сходятся две известные сущности. Берешь что-то частями у разных художников — и создаешь свое.
Мне кажется, каждая эпоха повлияла на мое видение. Возрождение покорило тем, что художники вкладывали скрытый смысл, символику, аллегории и избегали банальных композиционных приемов.
Думаю, это очень актуально и в свадебной фотографии: смотреть шире, искать неожиданные ракурсы и, главное, вкладывать смысл в кадр.
Среди фотографов особое место занимает Питер Линдберг. На защитном проекте я выбрала именно его — и думаю, он повлиял на меня очень сильно. Я люблю черно-белую фотографию: она убирает из кадра все лишнее.
Где для тебя проходит грань — когда эмоция на фото еще настоящая, а когда уже «слишком красиво», чтобы быть живой?
Я стала замечать: ровно в тот момент, когда произносишь фразу «поснимаем портреты», мгновенно появляется напряжение и желание сделать что-то неестественное. Поэтому эту фразу я стараюсь не использовать вовсе. Вместо этого говорю ребятам: «Главные герои фильма не смотрят в камеру — давайте представим, что мы снимаем кино».
Свадьба — это день, где все спланировано до минуты. Как ты ловишь искренний момент там, где почти все срежиссировано?
Как бы это ни казалось противоречивым, но капля режиссуры очень помогает. На лав-стори, когда говоришь паре: «Бегите вон туда и не обращайте на меня внимания» — они теряют контроль над ситуацией в хорошем смысле, забывают о камере, и тогда получается тот самый кадр. Нужно всегда занимать героев действием — и искренние эмоции обеспечены.
То же и на церемонии: благодаря заранее выстроенной логике съемки я знаю, что во время чтения клятв важно следить не только за парой, но и за родителями, гостями. Там тоже целый кладезь живых настоящих эмоций.
Нужно просто очень много наблюдать — за всеми сразу.
В 2024-м ты сняла первую свадьбу в Париже. Тебе удалось найти в этом городе что-то свое?
Эта свадьба навсегда останется в моем сердце — в первую очередь тем, насколько там было много танцев. Не в середине вечера и не в конце — танцы начались сразу после церемонии. 14 часов съемки пролетели в один миг: невероятно эмоционально, без капли стеснения. Париж немного напомнил мне Петербург, а именно Петербург когда-то дал мне импульс снимать вообще. Поэтому вдохновение там было на пределе.
Какой тренд в свадебной фотографии тебе нравится больше всего?
Мода возвращается — и это прекрасно. Фактурные оверсайз-образы для жениха, кружевные и драпированные платья для невесты, головные уборы в духе 1960-х, необычная флористика. В декоре — больше воздуха, натуральных тканей, свадьбы под открытым небом. Торты с ягодами и ажурными краями.
Но главный тренд, который никогда не выйдет из моды, — это естественность. Во всем.
Свадебная фотография сейчас живет между двумя полюсами — репортаж и арт. Тебе ближе наблюдать или создавать? Или ты нашла какое-то третье состояние?
Полный свадебный день дает идеальный баланс. Утро и прогулка — это про создание, творчество, реализацию красивых историй. Вечер и ужин — это всегда про наблюдение. И я получаю удовольствие от обоих процессов. Но если выбирать — мне все же ближе замедлиться и просто ждать момента. Это непросто и, наверное, именно поэтому так ценно.
Если бы тебе нужно было описать свой стиль не через визуальные референсы, а через ощущение — как бы ты его назвала?
Это самый сложный вопрос — оценивать себя я не умею, живу с синдромом самозванца. Но я очень хочу передавать ощущение легкости, нежности, трепета и искренности. Ощущение, что ты снова прожил этот день. Именно это я слышу от своих невест чаще всего, и для меня это самая большая награда.
