Лена проявляла пленку в красной комнате дедушки раньше, чем взяла в
руки камеру. Дальше был журфак, место редактора, работа в американской студии и, наконец, свадьбы, снятые с той же одержимостью деталями, с какой она когда-то писала про классиков Магнум.
В прошлом сезоне Лена нашла себя в режиссуре: сняла артхаусный
короткий метр в духе Ноэ и Джармуша. И все же главный ее жанр остается прежним — это свадьба. В нашем интервью она рассказывает, почему фотография никогда не врет и что помогает не потерять себя, когда сезон забирает все силы без остатка.
Лена, как ты стала фотографом и почему выбрала именно свадьбы?
Сколько себя помню, с первых лет рисовала людей. Без этого интереса не случилось бы и фотографии. Помогала дедушке в красной комнате, где кадр проявлялся неспешно, как тайна. Это была любительская фотография — от слова «любить». Листать наши семейные альбомы мне невероятно нравилось.
До сих пор вижу в свадебной фотографии ценность, а не быстрый контент.
Хотя по образованию я журналист и создатель контента. Студенткой была главным редактором портала о фотографии. Писала про знаменитых авторов — от классиков Магнум до звезд фешен. Репортаж был моей профессией, но именно стиль fine art вдохновил уйти в свадьбы.
Сначала ты работала эдитором в американской студии? Какой опыт ты принесла в свою фотографию?
Мы занимались обработкой свадебных серий, цифрой и пленкой. Мне привили стандарты качества: к счастью такая дотошность или нет, но когда начинаешь замечать нюансы композиции и цветопередачи, это невозможно развидеть. Мне кажется, у нас не все свадебные профи уделяют столько внимания качеству постпродакшена, как на западе. Зато в креативе мы впереди зарубежных коллег, которые во многом работают по шаблону.
Мне нравится тренд на авторство, мода изучать творчество режиссеров для насмотренности помогла вырасти всей индустрии. Кино — моя страсть еще с юности, мне нравилось и «душное» артхаусное кино, и классика новой волны, и фильмы категории В.
Возможно, именно «Убить Билла» привел меня к свадьбам. Главное — не снимать в одиноких церквях в пустыне.
В прошлом сезоне ты сама стала сценаристом и режиссером. Тебе тесно оставаться только в роли фотографа?
Творчество — огромная свобода и возможность говорить на темы, которые волнуют. Показать уникальный взгляд на мир, создать маленькую вселенную смысла. Мы не ставили цели выиграть премии. Один из проектов, вдохновленный японским кинематографом, вошел в шорт-лист, был напечатан в журналах. Но более дорог артхаусный эксперимент «Маяковский: Post Scriptum», где большой командой с агентством ЧИЛИ и видеографом Андреем Хромовым мы сняли историю на грани сна и реальности, в духе Ноэ и Джармуша, очень петербургскую и нуарную. Это короткий метр не про свадьбы, а о природе любви и смерти.
Ты ловишь в кадре то, что между людьми не произносится вслух. Что выдает пару, которая правда любит друг друга?
Я разведена и все еще верю в любовь только благодаря моим парам. То, как любящие смотрят друг на друга и тихо светятся, улыбаются своей внутренней тайне, это не подделать. Больно видеть нелюбовь, равнодушие, критику. Когда люди не в ладу с собой, не будет чуда в отношениях.
Может быть красивый фасад, только вот фотография — зеркало, которое не врет.
Мне нравится тренд на искренность. Свадьбы становятся такими благодаря людям, которые выбирают праздновать легко и без пафоса. А чтобы фотографировать без фальши, надо быть немного буддийским монахом: сонастроиться с человеком и мягко вывести на уровень открытости и доверия, чтобы он показал себя настоящего. Тогда в глаза на портрете интересно смотреть: есть глубина.
Снять крышесносный репортаж — отдельное искусство. Здесь не достаточно стать своим человеком, надо быть невидимкой?
Репортаж — это всегда про решающий момент. Его надо предчувствовать, заранее оказаться в точке, где что-то произойдет. За годы работы в свадьбах мы тренируем нервную систему чутко сканировать пространство и прогнозировать события и реакции гостей. Это происходит на автопилоте, никакой магии.
В конце сезона все профи на износе. Где граница между «отдаю себя людям» и «себя уже не осталось»? И как ты находишь тот самый баланс?
В сезон наша работа требует почти монашеского отречения и самоотдачи. Вести за собой эмоционально бывает сложно. Гиперфокус — мой привычный способ работать в потоке, но ресурсы не безграничны. Справиться с тревогой помогают антидепрессанты, терапия и йога, медитации. Летом мало времени на бассейн и фитнес, но всегда можно потанцевать дома под любимую музыку и вернуться в исходную точку покоя.
У тебя есть заветная мечта, связанная с профессией?
Не буду оригинальной — снимать свадьбы у озера Комо, побережья Амальфи или у виноградников Тосканы. В детстве учила итальянский язык, много путешествовала, над моей кроватью висел старинный гобелен с замком Мирамаре. Это чеховское ружье обязательно выстрелит. Я много работаю с пленкой на зеркальную камеру, и невесты отмечают, что у моих кадров есть атмосфера европейской классики.
